Алеон
- Я считаю, что любовь бывает, - сказал он наконец. – Но так редко, что не стоит придираться к тем, кто её испытывает.
Посетить стоматолога - и выжить.

Визита к доктору Свят ждал скрепив сердце и сцепив зубы.
В день Х, он стоял перед матовой стеклянной дверью во вполне современной клинике и пытался войти. Уже пять минут, как должен был начаться приём. На него всё чаще обращал внимание спешащий мимо персонал. Люди, ждущие своего часа, почти не скрывали ухмылок, поглядывая на него, а он продолжал стоять столбом, не в силах поднять руку и толкнуть дверь с надписью: «Стоматолог».
Свят прекрасно понимал, что он далеко не единственный человек в мире, кто боится докторов, но… Вряд ли во всём мире нашелся был другой человек с такой специфической реакцией на страх. Его страх был сродни ужасу, слепому и всепоглощающему. В момент, когда паника и психоз достигали своего пика, организм решал, что перед неизбежной гибелью неплохо было бы и размножиться, поделиться, так сказать, генетическим материалом.
Ради правды стоит уточнить, что возбуждение поднимало то, что оно поднимало, не при виде белых халатов и стетоскопов, и даже не на пороге поликлиник или больниц, а только перед тем, как эскулапы приступали к беспощадному кромсанию родной святовой тушки. Первый раз подобный конфуз случился, перед тем, как Святу удалили аппендикс. Промучившись от боли два дня и попав наконец в больницу, он сначала лез на любого из персонала приёмного отделения. А ведь они были столь любезны и недальновидны, сделав ему обезболивающий укол, после постановки диагноза. Как его заманивали в операционную и укладывали на стол, о том история милосердно умолчала. Но лучше бы она умолчала о твердом стояке Свята и его горячем желании разделить пылкие чувства со всей операционной бригадой скопом.
Все время восстановления, что пришлось провести в хирургическом отделении Свят доводил до совершенства свой покерфейс. Каждая новая смена, заступавшая на дежурство в отделение, была удивительным образом посвящена в мельчайшие детали произошедшего в белоснежных кафельных стенах. Может кто языкастый и отшутился бы, но немногословному и замкнутому Святу это, увы, было не дано.
Поскольку в дальнейшем сексуальная одержимость никак себя не проявляла, Свят в приступе энтузиазма решил, что это была единичная акция, вызванная острым недотрахом, усугубленным тотальной занятостью.
Но…куда ж без «но». Потом у Свята врос ноготь на большом пальце ноги. Болезненное избавление от ноющей боли и хромоты порадовало Свята излечением, а очередных медиков лицезрением полноценной и очень выразительной эрекцией пациента. Потом был вывих плеча и его вправление. Распоротая нога и наложение швов. Рассечённая бровь и снова швы.
И вот теперь, стоя на пороге очередного врача, где его ждала очередная порция боли, Святу было неимоверно сложно заставить себя сделать последний шаг туда - к стояку, позору и привычным насмешкам.
TBC
410

@темы: "закрыть творческий год с пользой"